toyahara_k: (Оба-два)
Позитива нет, поэтому приходится добывать его вручную при помощи специально обученных котэ :)

toyahara_k: (Lion)
Один мудрый целитель сказал: «Самое лучшее лекарство для человека — любовь и забота»…

Кто-то переспросил: «А если не поможет

Целитель ответил: «Увеличьте дозу!!!»

toyahara_k: (Lion)
Одно - о дружбе. Они не виделись 22 года, и вот...



Другое - о свободе. Освобожденный от цепей, в которых ходил 50 лет, плачет он.



toyahara_k: (Lion)
Это какое-то откровение... Потрясающий человек - и какая печальная судьба. Не зря сегодня утром я, ещё не имея ни малейшего понятия о Вивиан Майер, интуитивно выбрал фотография грустного клоуна. А, может, и не печальной была её судьба и жизнь?

Для внешнего мира Вивиан Майер была только няня и домработница, которая работала в Чикаго. Однако ее скрытый талант фотографа был признан только после ее смерти в 2009 году, когда Джон Малоф купил на аукционе 100 000 ее негативов и издал книгу.

Майер провела большую часть своей жизни,  блуждающей по улицам Чикаго с Rolleflex камерой и печатая замечательные и удивительные черно-белые снимки, которые передавали все стороны жизни Америки середины прошлого столетия.

Вивиан не получила за свои фотографии ни копейки, однако, назвать ее любителем просто не поворачивается язык. Она никому не показывала своих фотоснимков, никто даже не знал о ее увлечении. При этом она оставила настоящий архив-фоторепортаж, по которому сейчас можно составлять лекции для студентов о жизни, моде, традициях и культуре того времени.




Это всё она. О себе )
Мне захотелось написать об этой женщине печальное стихотворение...
toyahara_k: (Hi Jack!)
О гипербореях ничего не известно ни скифам, ни другим народам этой части света, кроме исседонов. Впрочем, как я думаю, исседоны также ничего о них не знают. (Геродот. История. IV. 32).

Чуете, какой обновленный я из Англии вернулся? Или это длительное пребывание (три часа ) на территории России, в посольстве в Гааге, сказалось?

toyahara_k: (Lion)
Мильоны - вас. Нас - тьмы, и тьмы, и тьмы.
Попробуйте, сразитесь с нами!
Да, скифы - мы! Да, азиаты - мы,
С раскосыми и жадными очами!




Мильоны - вас. Нас - тьмы, и тьмы, и тьмы. Попробуйте, сразитесь с нами!
Да, скифы - мы! Да, азиаты - мы, С раскосыми и жадными очами!

Для вас - века, для нас - единый час. Мы, как послушные холопы,
Держали щит меж двух враждебных рас Монголов и Европы!

Века, века ваш старый горн ковал И заглушал грома' лавины,
И дикой сказкой был для вас провал И Лиссабона, и Мессины!

Вы сотни лет глядели на Восток, Копя и плавя наши перлы,
И вы, глумясь, считали только срок, Когда наставить пушек жерла!

Собственно, окончание... )

toyahara_k: (Оба-два)
Originally posted by [livejournal.com profile] t_kasatkina at О том, что значит быть русским (вопрос задали :)) Часть 1
Татьяна Касаткина
Достоевский о всемирности и всечеловечности русского человека
«Тот, кто не понимает своего назначения, всего чаще лишен чувства собственного достоинства» (27, 89)[1].

Вопрос редакции: «В своей знаменитой речи, произнесенной 8 июня 1880 года на заседании Общества любителей российской словесности, Ф.М. Достоевский сказал о том, что “назначение русского человека есть бесспорно всеевропейское и всемирное… Ибо что такое сила русской народности, как не стремление ее в конечных целях своих ко всемирности и всечеловечности?” Целые исторические бездны отделяют нас сегодня от этих слов, ставших своего рода духовным завещанием великого писателя. Остаются ли они сегодня актуальными? Внесло ли время в них коррективы, и в чем они заключаются? А может быть, они сегодня уже не соответствуют реалиям, в которых живет русский народ?»

Достоевский определил «силу духа русской народности» как «стремление ее в конечных целях своих ко всемирности и всечеловечности» (26, 147). Слово «дух» здесь нужно подчеркнуть. Далее будет понятно, почему.
Это – и другие подобные высказывания Достоевского – слишком часто вызывают его оппонентов на следующие ответы: 1) Достоевский не знал русского народа, те, кто знал русский народ, и во времена Достоевского писали о нем нечто совершенно иное; 2) сейчас русский народ – это уже совсем не тот народ, что во времена Достоевского.
В сущности, конечно, это не два суждения, а одно – «то, что писал о русском народе Достоевский, не имеет отношения к тому русскому народу, который нам известен». И тогда встает вопрос: а какой народ известен нам и какой – Достоевскому? Понятно, что фактор времени здесь уже не имеет значения: разный русский народ был известен не только Достоевскому и его потомкам, но и Достоевскому и его современникам. Глядя на один и тот же народ, мы и Достоевский видим разное. Очевидно, разница не в том, на что мы глядим, а в том, как мы смотрим.
И тут чрезвычайно интересно еще одно обстоятельство – Достоевский прекрасно видел русский народ и так, как его видим мы. Более того – если мы проследим, как Достоевский пишет о современном ему актуальном состоянии русского человека – мы удивимся тому, насколько все даваемые им характеристики могут быть отнесены как раз к человеку сегодняшнего дня, нашему соседу и современнику. Достоевский констатирует, что человеку пореформенной эпохи 19 века свойственны: 1) уединение, 2) утрата общих, единых оснований и ценностей, 3) стремление к богатству, принимаемому теперь за единственную несомненную опору и действенную силу в жизни, поставление комфорта и удовлетворения суетных и страстных желаний превыше всего, возведение их в ранг целей человеческой жизни (в то время как они не более чем условия существования).
Вот лишь несколько цитат. «Право, мне всё кажется, что у нас наступила какая-то эпоха всеобщего обособления. Все обособляются, уединяются, всякому хочется выдумать что-нибудь свое собственное, новое и неслыханное. Всякий откладывает всё, что прежде было общего в мыслях и чувствах, и начинает с своих собственных мыслей и чувств. Всякому хочется начать с начала. Разрывают прежние связи без сожаления, и каждый действует сам по себе и тем только и утешается. Если не действует, то хотел бы действовать. Положим, ужасно многие ничего не начинают и никогда не начнут, но всё же они оторвались, стоят в сторонке, глядят на оторванное место и, сложив руки, чего-то ждут. У нас все чего-то ждут. Между тем ни в чем почти нет нравственного соглашения; всё разбилось и разбивается и даже не на кучки, а уж на единицы. И главное, иногда даже с самым легким и довольным видом» (22, 80). «Самолюбия у нас много, а уважения к собственному мнению никто не имеет» (11, 119). «Нынче, как и прежде, все проедены самолюбием, но прежнее самолюбие входило робко, оглядывалось лихорадочно, вглядывалось в физиономии: “Так ли я вошел? Так ли я сказал?” Нынче же всякий и прежде всего уверен, входя куда-нибудь, что всё принадлежит ему одному. Если же не ему, то он даже и не сердится, а мигом решает дело; не слыхали ли вы про такие записочки: “Милый папаша, мне двадцать три года, а я еще ничего не сделал; убежденный, что из меня ничего не выйдет, я решил покончить с жизнью…” И застреливается. Но тут хоть что-нибудь да понятно: “Для чего-де и жить, как не для гордости?” А другой посмотрит, походит и застрелится молча, единственно из-за того, что у него нет денег, чтобы нанять любовницу. Это уже полное свинство» (22, 5).
Можно возразить, что это Достоевский пишет скорее про общество. Но вот он сетует на размах народного пьянства: «Ведь иссякает народная сила, глохнет источник будущих богатств, беднеет ум и развитие, - и что вынесут в уме и сердце своем современные дети народа, взросшие в скверне отцов своих? Загорелось село и в селе церковь, вышел целовальник и крикнул народу, что если бросят отстаивать церковь, а отстоят кабак, то выкатит народу бочку. Церковь сгорела, а кабак отстояли. Примеры эти пока еще ничтожные, ввиду неисчислимых будущих ужасов. <…> вещи сложились именно как бы с целью искоренить в человеке всякую человечность <…> носится как бы какой-то дурман повсеместно, какой-то зуд разврата. В народе началось какое-то неслыханное извращение идей с повсеместным поклонением материализму. Материализмом я называю, в данном случае, преклонение народа перед деньгами, пред властью золотого мешка. В народ как бы вдруг прорвалась мысль, что мешок теперь всё, заключает в себе всякую силу, а что всё, о чем говорили ему и чему учили его доселе отцы, - всё вздор <…>: “вот она где, значит, настоящая сила, вот она где всегда сидела; стань богат, и всё твое, и всё можешь”. Развратительнее этой мысли не может быть никакой другой. А она носится и проницает всё мало-помалу. Народ же ничем не защищен от таких идей, никаким просвещением, ни малейшей проповедью других противоположных идей» (22, 29-30).
Именно этот народ Достоевский и объявляет – не только в Пушкинской речи, но и задолго до нее – спасителем России и соединителем человечества. Вспоминая стихотворение Некрасова «Влас», Достоевский пишет: «Современный Влас быстро изменяется. Там внизу у него такое же кипение, как и сверху у нас, начиная с 19 февраля. Богатырь проснулся и расправляет члены; может, захочет кутнуть, махнуть через край. Говорят, уж закутил. Рассказывают и печатают ужасы: пьянство, разбой, пьяные дети, пьяные матери, цинизм, нищета, бесчестность, безбожие. Соображают иные, серьезные, но несколько торопливые люди, и соображают по фактам, что если продолжится такой “кутеж” еще хоть только на десять лет, то и представить нельзя последствий, хотя бы только с экономической точки зрения. Но вспомним “Власа” и успокоимся: в последний момент вся ложь, если только есть ложь, выскочит из сердца народного и станет перед ним с неимоверною силою обличения. Очнется Влас и возьмется за дело Божие. Во всяком случае спасет себя сам, если бы и впрямь дошло до беды. Себя и нас спасет, ибо опять-таки – свет и спасение воссияют снизу…» (21, 41).
Через несколько лет, в февральском выпуске «Дневника писателя» 1876 года, Достоевский попытается разъяснить видимое противоречие. «Я вот, например, написал в январском номере “Дневника”, что народ наш груб и невежествен, предан мраку и разврату, “варвар, ждущий света”. А между тем я только что прочел в “Братской помочи” (сборник, изданный Славянским комитетом в пользу дерущихся за свою свободу славян), - в статье незабвенного и дорогого всем русским покойного Константина Аксакова, что русский народ давно уже просвещен и “образован”. Что же? Смутился ли я от такого, по-видимому, разногласия моего с мнением Константина Аксакова? Нисколько, я вполне разделяю это же самое мнение, горячо и давно ему сочувствую. Как же я соглашаю такое противоречие? Но в том и дело, что, по-моему, это очень легко согласить, а по другим, к удивлению моему, до сих пор эти обе темы несогласимы. В русском человеке из простонародья нужно уметь отвлекать красоту его от наносного варварства. Обстоятельствами всей почти русской истории народ наш до того был предан разврату и до того был развращаем, соблазняем и постоянно мучим, что еще удивительно, как он дожил, сохранив человеческий образ, а не то что сохранив красоту его. Но он сохранил и красоту своего образа. Кто истинный друг человечества, у кого хоть раз билось сердце по страданиям народа, тот поймет и извинит всю непроходимую наносную грязь, в которую погружен народ наш, и сумеет отыскать в этой грязи бриллианты. Повторяю: судите русский народ не по тем мерзостям, которые он так часто делает, а по тем великим и святым вещам, по которым он и в самой мерзости своей постоянно вздыхает. А ведь не все же и в народе мерзавцы, есть прямо святые, да еще какие: сами светят и всем нам путь освещают! Я как-то слепо убежден, что нет такого подлеца и мерзавца в русском народе, который бы не знал, что он подл и мерзок, тогда как у других бывает так, что делает мерзость, да еще сам себя за нее похваливает, в принцип свою мерзость возводит, утверждает, что в ней-то и заключается lOrdre и свет цивилизации, и несчастный кончает тем, что верит тому искренне, слепо и даже честно. Нет, судите наш народ не по тому, чем он есть, а по тому, чем желал бы стать. А идеалы его сильны и святы, и они-то и спасли его в века мучений; они срослись с душой его искони и наградили ее навеки простодушием и честностью, искренностью и широким всеоткрытым умом, и всё это в самом привлекательном гармоническом соединении. А если при том и так много грязи, то русский человек и тоскует от нее всего более сам, и верит, что всё это – лишь наносное и временное, наваждение диавольское, что кончится тьма и что непременно воссияет когда-нибудь вечный свет» (22, 42-43).
Кстати, полагаю, что в российских политических событиях конца 2011 года, когда люди вышли на улицы, возмущенные нечестностью(!), и это после стольких лет цинической обработки характеров и умов наших современников, - и в том, как они это сделали, - вполне проявились все те же простодушие и честность, искренность и широкий, незашоренный никакими навязываемыми идеями ум. Ну и тоска от обступившей и накопившейся грязи, конечно, в окончательность торжества которой, что примечательно, оказался абсолютно неспособен поверить русский человек, несмотря на запредельное давление обстоятельств…
Далее, в том же выпуске «Дневника писателя», в замечательной зарисовке «Мужик Марей» (22, 46-50), Достоевский старается наглядно продемонстрировать самую суть своего видения. Перемещая фокус текста между двумя событиями: своей встречей в 9 лет с мужиком Мареем, успокоившим мальчика, до дрожи перепуганного криком: «Волк бежит!» - по сути, защитившим его от его собственного страха, и своим пребыванием в 29 лет на каторге, среди пьяных, празднующих Пасху[2], вызывающих в нем страх и омерзение, он показывает, как, если только раз удастся по-настоящему увидеть сияющее любовью сердце человека из народа, - начнешь неизбежно и неизменно узнавать его в любом, самом страшном, самом неприглядном обличии. Он рисует нам образы ужасных, отвратительных каторжников, в каждом из которых скрыт все тот же Марей, глядящий на своего барчонка с материнской любовью, нежностью, готовностью защитить, придти на помощь. А в глубине образа Марея, материнская улыбка[3] которого трижды, рефреном, упоминается Достоевским на протяжении рассказа, сияет образ Марии, материнский покров Которой осеняет всю русскую землю. Образ человека у Достоевского здесь оказывается трехсоставным: наносная грязь, то, что первое бросается в глаза, что отталкивает и пугает; человеческий облик, то, что так ясно бывает видно в лучших представителях народа, но, раз увиденное, узнается во всех под слоем наносной грязи, – и – открывающийся за этим обликом Божественный лик, красота – свет, вечный свет, бьющий из глубины раскрывшегося навстречу ближнему в сочувствии и сострадании человека.
Человек у Достоевского принципиально не сводим к самому себе, он – проход, тоннель, впускающий в мир Божество, дающий присутствовать вечному в тленном и временном – а если человек своим усилием по самообособлению все же сводит себя исключительно к себе самому – то появляются такие герои Достоевского, как Лужин и Ракитин – плоские и неинтересные, скучные существа, намеренно и сознательно окопавшиеся в бастионе своей наносной грязи… но таких – исчезающе мало в его романах.
Без понимания способа видения Достоевским реальности нельзя понять в полноте его Пушкинской речи, нельзя понять, как он видит русский народ. Нельзя понять, почему то, что он говорит, имеет отношение отнюдь не к утопическому социализму – а к христианскому мистицизму.
Ибо структура народной личности, как она видится Достоевскому, повторяет структуру личности человеческой.
Русский народ потому предназначен к особой роли, потому способен, по мысли Достоевского, стать всеобъединяющим для всего человечества, что он обладает качествами, делающими его структурно и функционально аналогичным Христу – а потому наиболее подходящим быть «носителем Христа» (26, 170) в этом мире. Он сам своим самоназванием выбрал такую судьбу: «Он назвал себя крестьянином, то есть христианином, и тут не одно только слово, тут идея на все его будущее» (26, 170). А суть Христа в том, что Он собирает в Себе, в Своем теле – Церкви, все человечество воедино. Христос как бы является матрицей[4], соединяясь с которой каждый человек (и каждый народ) в полноте проявляет свою личность, являющуюся одним из аспектов Христа. И никто не исключен из лона Всеобъемлющего Синтеза[5] – каждый (и человек, и народ) важен для его окончательного осуществления, и важен именно в своей уникальности, в своей непохожести на других, потому что именно эта непохожесть и есть тот аспект личности Бога, который более нигде не проявлен.
Вот как Достоевский описывает природу Христа в центральной для понимания его философской мысли черновой записи, сделанной над гробом умершей первой жены «Маша лежит на столе…»:  «Христос весь вошел в человечество, и человек стремится преобразиться в Я Христа как в свой идеал. Достигнув этого, он ясно увидит, что и все, достигавшие на земле этой же цели, вошли в состав его окончательной натуры, то есть в Христа. (Синтетическая натура Христа изумительна. Ведь это натура Бога, значит, Христос есть отражение Бога на земле.) <…> Мы будем — лица, не переставая сливаться со всем <…> и в различных разрядах (в дому Отца Моего обители многи суть)» (20, 174-175). Христос здесь – единая природа («натура») обоженного человечества, соединяющая в Своем Лике все бывшие отдельными лица, не просто складывающаяся из них, но возвращающая каждому способность ощущать всех остальных как себя самого («Мы будем – лица, не переставая сливаться со всем»). Достоевский описывает здесь окончательный итог преображения человечества, его судьбу уже не во времени, но в вечности – но ведь и окончательное осуществление миссии русского народа он тоже видит «в конце концов» - и неизменно просит подчеркнуть это «в конце концов» (26, 147).
Уникальность русского человека и состоит, по мнению Достоевского, в способности принять и признать, извинить и оценить любую непохожесть – и, как это уже было реализовано в высшем проявлении сути русского человека – в Пушкине (способном «воплотить в себе с такой силой гений чужого <…> народа, дух его, всю затаенную глубину этого духа и всю тоску его призвания» (26, 145)), - вжиться в эту непохожесть, тем самым воссоединив ее с единой природой человечества, раздробленного на лица и нации, разные, не понимающие друг друга, и в своем правом стремлении к единству видевшие прежде только один путь – неправедно исключить, уничтожить, сравнять эту разность. Или – как это теперь проявляется в идее мультикультурализма – признать эти разности и оставить их существовать в отделенных друг от друга, замкнутых в самих себе резервациях, сохранить их как разрозненные части, вне контакта и воссоединения.



[1] Достоевский Ф.М. Полн. собр. соч. в 30 т. Л.: Наука, 1972-1990. Здесь и далее в тексте после цитаты в скобках указываются том и страница. Курсив в цитатах – мой, жирный шрифт – выделено цитируемым автором. – Т.К.
[2] Чрезвычайно символично, что все это происходит на Пасху – именно в Воскресение Христово для глаз Достоевского в глубине ветхого, изуродованного человека, ставшего, по-видимому, гробом из наносной грязи, открывается, воскресает внутренний человек, проводник Божественного света, - и Достоевский отныне навсегда сохранит это двойное видение.
[3] Достоевский подчеркивает здесь в русском мужике женственную божественную сущность, поскольку уникальность русского народа по отношению к европейским народам, по Достоевскому, в том, что тем свойственно покорять и господствовать, а ему – взращивать и пестовать, что в земном плане скорее выражено в женском способе отношения к окружающему.
[4] Здесь бы можно представить себе нечто вроде вала с винтами, на которые насаживается единственно подходящая для каждого винта насадка, и насадка эта только в соединении с валом начинает функционировать именно так, как ей глубинно свойственно… или, еще лучше – могучий ствол, к которому прививают самые разные ветви кустов и деревьев, каждую к своему, сродному ей месту, и они начинают цвести и плодоносить, впервые обретая свою истинную красоту, мощь и изобилие.
[5] «Всеобщий синтез» - так Достоевский называет Бога, в лоне которого совершается обновление мироздания (20, 173).

toyahara_k: (Lion)



Сцены и песни из спектакля таганки с Высоцким не нашел, к сожалению . Но и эту хороши!
toyahara_k: (Оба-два)
А кто-нибуть ещё здесь помнит, кто такой Хью Томсон?

Originally posted by [livejournal.com profile] 10_4 at День рождения ПРЕППЕРА
Да, именно так. ПРЕППЕРА - чтобы все буквы заглавные. Это самое малое, как мы можем охарактеризовать человека, которому 27го мая исполнилось бы 75 лет. Человеку, в одиночку спасшему больше людей 11 сентября, чем нуеркские менты и пожарники вместе взятые. Человека звали Рик Рескорла.



Рик Рескорла родился 27 го мая 1939 года в британии. Он с детства мечтал о службе в армии, но только был нюанс - армия, о которой он мечтал была американской. Но начать он решил с армии британской, где честно отслужил 4 года в десантниках. После этого - короткая командировка в Родезию и служба в полиции. А потом - эмиграция в штаты, где молодой десантник таки смог пробиться не просто в армию, а в офицерскую школу. После которой, лейтенантом, отправился воевать во Вьетнам под началом подполковника Хэла Мура. Того самого, который написал книгу "Мы были солдатами", по которой Мэл Гибсон снял одноименный фильм (и сам сыграл Мура). Солдат на канонической обложке книги - никто иной, как сам Рескорла. "Лучший взводный, которого я видел", по словам его командира, с которым он принял участие в бое у ла Дранга. Еще один участник этого боя посвятит Рику целую главу в своей книге "Крещение" - Игра Рескорлы.

Отвоевав свое, Рик вернулся в штаты и взялся за учебу, получив вначале степень магистра в гуманитарных дисциплинах, а потом - доктора юриспруденции. До 1985 года, Рик занимался преподаванием, но в конечном итоге предпочел более высокооплачиваемую карьеру консультанта по безопасности в одной из компаний, располагающихся в башнях Близнецах. После теракта в Локерби, Рескорла серьезно задался вопросом исламского терроризма, особенно в контексте уязвимости зданий, в которых он работал. Вместе со своим коллегой по службе в Родезии, Дэниэлом Хиллом, он по собственной инициативе провел базовый анализ уязвимости зданий, и изложил выводы в докладной записке в адрес владельцев. Однако меры защиты были признаны слишком дорогими и владелец от них отказался. А потом был 1993 год, и теракт, осуществленный в близнецах по одному из сценариев, описанных в докладной записке.

Злодеев полиция не нашла, поэтому за дело снова взялся Хилл, раскрутивший террористическую сеть, что закончилось несколькими арестами. После всех этих дел, к Рескорле наконец то начали прислушиваться и когда его компания слилась с Morgan Stanley, именно Рескорла стал главой службы безопасности. Нахождение в Близнецах было для компании вопросом престижа, поэтому все, что Рику оставалось делать- это готовиться к худшему. Он был преппером. Настоящим. А их характеризуют не захомяченные банки с тушенкой, а наличие ПЛАНА. И план у Рика был. Начальство было в курсе, и несмотря на сопротивление многих высоких боссов, Рескорла раз в три месяца проводил учения по эвакуации. Каждый сотрудник знал свое место, каждый сотрудник знал порядок движения. Все должно было проходить по плану. Рик знал значение Близнецов и уязвимости комплекса. И знал, что следующая атака - это только вопрос времени. Начальство, хоть и утвердило план, недвусмысленно дало понять своему шефу безопасности, что задействуй он этот план по настоящему - это будет стоить ему работы.

В 8:46 утра 11 сентября 2001 года, Рик, из окна своего офиса на 44 этаже Южной башни увидел самолет, влетевший в Северную башню. Вопреки распоряжению владельцев здания всем оставаться на своих местах, Рик схватил рацию, телефон и сигнальную трубу и врубил режим "плана Рескорлы". Сотрудники компании, находившиеся на 22х этажах организованно потянулись к пожарным выходам. Рик был одновременно везде, успокаивая коллег и подбадривая их распеванием валлийских маршей даже после того, как здание содрогнулось после того, как в него в 9:03 влетел второй самолет.

"Не плачь. Я должен спасти этих людей...." сказал он своей жене, позвонив ей в перерыве между пением. После успешной эвакуации 2687-ми сотрудников, Рик вернулся в горящее здание в поисках оставшихся внутри 16ти человек. В последний раз его видели на 10м этаже, двигающимся вверх по лестнице.

Южная башня развалилась в 9:59. Останки Рескорлы так и не нашли.



toyahara_k: (Lion)

Скажу несколько слов о тебе, Гийоме. Не бойся, я не стану вгонять тебя в краску, громко превознося твою отвагу и мастерство. Не ради этого хочу я рассказать о самом поразительном твоем приключении.

Есть такое человеческое качество, для него еще не придумано название. Быть может, серьезность? Нет, и это неверно. Ведь с ним уживаются и улыбка, и веселый нрав. Оно присуще плотнику: как равный становится он лицом к лицу с куском дерева, ощупывает его, измеряет и, чуждый пустой самонадеянности, приступает к работе во всеоружии своих сил и уменья.

Однажды я прочел восторженный рассказ о твоем приключении, Гийоме, и давно хочу свести счеты с этим кривым зеркалом. Тебя изобразили каким-то дерзким, языкатым мальчишкой, как будто мужество состоит в том, чтобы в час грозной опасности или перед лицом смерти унизиться до зубоскальства! Они не знали тебя, Гийоме. Тебе вовсе незачем перед боем поднимать противника на смех. Когда надвигается буря, ты говоришь: "Будет буря". Ты видишь, что тебе предстоит, и готовишься к встрече.

Я хорошо помню, как это было, Гийоме, и я свидетельствую.

Зимой ты ушел в рейс через Анды- и исчез, пятьдесят часов от тебя не было никаких вестей. Я как раз вернулся из глубины Патагонии и присоединился в Мендосе к летчику Деле. Пять дней кряду мы кружили над горами, пытаясь отыскать в этом хаосе хоть какой-то след, но безуспешно. Что тут могли сделать два самолета! Казалось, и сотне эскадрилий за сто лет не обшарить все это неоглядное нагромождение гор, где многие вершины уходят ввысь на семь тысяч метров. Мы потеряли всякую надежду. Даже местные контрабандисты, головорезы, которые в долине ради пяти франков идут на любой риск и преступление, и те не решились вести спасательные отряды на штурм этих твердынь. "Нам своя шкура дороже,- говорили они.- Зимой Анды человека живым не выпустят". Когда мы с Деле возвращались в Сантьяго, чилийские должностные лица всякий раз советовали нам отказаться от поисков. "Сейчас зима. Если даже ваш товарищ и не разбился насмерть, до утра он не дожил. Ночь в горах пережить нельзя, она превращает человека в кусок льда". А потом я снова пробирался среди отвесных стен и гигантских столпов Анд, и мне казалось - я уже не ищу тебя, а в безмолвии снежного собора читаю над тобой последнюю молитву.

А на седьмой день я между вылетами завтракал в одном мендосском ресторане, и вдруг кто-то распахнул дверь и крикнул всего лишь два слова: - Гийоме жив!

И все, кто там был, даже незнакомые, на радостях обнялись.

Через десять минут я уже поднялся в воздух, прихватив с собою двух механиков - Лефевра и Абри. А еще через сорок минут приземлился на дороге, шестым чувством угадав машину, увозившую тебя куда-то к Сан-Рафаэлю. Это была счастливая встреча, мы все плакали, мы душили тебя в объятиях - ты жив, ты воскрес, ты сам сотворил это чудо! Вот тогда ты сказал - и эти первые твои слова были полны великолепной человеческой гордости:

- Ей-богу, я такое сумел, что ни одной скотине не под силу.


toyahara_k: (Lion)
Один из таксистов Нью-Йорка написал у себя на странице FB:
Я приехал по адресу и посигналил. Прождав несколько минут, я просигналил снова. Так как это должен был быть мой последний рейс, я думал о том, как уехать, но вместо этого я припарковал машину, подошел к двери и постучал... "Минуточку", ответил хрупкий, пожилой женский голос. Я слышал, как что-то тащили по полу.
После долгой паузы, дверь открылась. Маленькая женщина лет 90 стояла передо мной. Она была одета в ситцевое платье и шляпу с вуалью, как будто из фильмов 1940-х годов.
Рядом с ней был небольшой чемодан. Квартира выглядела так, будто никто не жил в ней в течение многих лет. Вся мебель была покрыта простынями.
Не было ни часов на стенах, не безделушек или посуды на полках. В углу стоял картонный ящик, наполненный фотографиями и стеклянной посудой.
"Вы бы не помогли мне отнести мою сумку в машину?", сказала она. Я отнес чемодан в машину, а затем вернулся, чтобы помочь женщине.
Она взяла меня за руку, и мы медленно пошли в сторону автомобиля.
Она продолжала благодарить меня за мою доброту. "Это ничего", сказал ей я, .. "Я просто стараюсь относиться к моим пассажирам так, как я хочу, чтобы относились к моей матери."
"Ах, ты такой хороший мальчик", сказала она. Когда мы сели в машину, она дала мне адрес, а затем спросил: "Не могли бы вы поехать через центр города?".
"Это не самый короткий путь, быстро ответил я..."
"О, я не возражаю", сказала она. "Я не спешу. Я отправляюсь в хоспис."
Я посмотрел в зеркало заднего вида. Ее глаза блестели. "Моя семья давно уехала", продолжала она тихим голосом .." Врач говорит, что мне осталось не очень долго."
Я спокойно протянул руку и выключил счетчик.
"Каким маршрутом вы хотели бы поехать?" , спросил я.
В течение следующих двух часов, мы проехали через город. Она показала мне здание, где она когда-то работала лифтером.
Мы проехали через район, где она и ее муж жили, когда они были молодоженами. Она показала мне мебельный склад, который когда-то был танцевальным залом, где она занималась будучи маленькой девочкой.
Иногда она просила меня притормозить перед конкретны здания или переулком и сидела уставившись в темноту, ничего не говоря.
Позже она вдруг сказала: "Я устала, пожалуй, поедем сейчас."
Мы ехали в молчании по адресу, который она дала мне. Это было низкое здание, что то вроде маленького санатория, с подъездным путём вдоль не большого портика.
Два санитара подошли к машине, как только мы подъехали. Они были бережны , помогли ей выйти.
Они, должно быть, ждал ее.
Я открыл багажник и взял маленький чемодан в дверь. Женщина уже сидела в инвалидной коляске.

"Сколько я вам должна?", спросила она, достав сумочку.
"Ни сколько", сказал я.
"Вы же должны зарабатывать на жизнь" , ответила она.
"Есть и другие пассажиры", ответил я.
Почти не задумываясь, я наклонился и обнял её, она держала меня крепко.
"Ты дал старушке немного счастья", сказала она "Благодарю тебя".
Я сжал ее руку, а затем ушел.. За моей спиной дверь закрылась, Это был звук закрытия еще одной книги жизни ..
Я не брал больше пассажиров на обратном пути. Я поехал, куда глаза глядят погруженный в свои мысли. Для остальных в тот день, я едва мог разговаривать. Что если этой женщине попался рассерженный водитель, или тот, кому не терпелось закончить свою смену? Что, если бы я отказался от выполнения её просьбы, или посигналив пару раз, я затем уехал ?
В конце я хотел бы сказать, что ничего важнее в своей жизни я еще не делал.
Мы приучены думать, что наша жизнь вращается вокруг великих моментов, но великие моменты часто ловят нас врасплох, красиво завернутые в то, что другие могут считать мелочью .
toyahara_k: (Klalifa Old)
В последнее время поток "мирового зла" особенно силён (и так последние 2000 лет). Дует, свищет и терзает со всех сторон. Хочется иногда, чтобы урагану "негатива" противостоял тёплый бриз, дуновение добра. Но добро, оно само по себе ниоткуда взяться не может. Если мы ему не поможем родиться на свет.

Считайте это короткое сообщение маленьким вкладом в ветерок добра.

Близнецы бывают дружны. Многие из вас помнят эту замечательную фотографию двух малюток, лежащих рядом в кроватке, но интуитивно, маленькими пальчиками, тонкими, как спички, почувствовавших друг друга рядом.

Это - 2013 год, испания
видео - и пожелания )
toyahara_k: (Lion)




Просто показалось - интересная комбинация стихов и фотографий. Причем ещё и фиг поймешь, что выразительнее...

toyahara_k: (Lion)
Последний русский поэт, покончивший с собой.

Как правильно сказано. Как мало людей этому следует.


toyahara_k: (Lion)
Для любителей котэ - и для всех остальных - сия картинка.



Счастья и добра всем!

toyahara_k: (Oasis Al Ajn)
Циклические перепосты у нас с [livejournal.com profile] silva2103

Originally posted by [livejournal.com profile] silva2103 at @ «Опять мне снится сон… --- Tych lat nie odda nikt…»
НО КАК МОГУТ ИЗМЕНИТЬСЯ ДАТА И МЕСТО РОЖДЕНИЯ???


http://youtu.be/JyPTIp1i1_Q                    http://youtu.be/u4Yz3jD-wSk

А вот интересно! Сам-то Пабло Диего Хосе Франсиско де Паула Хуан Непомусено Мария де лос Ремедиос Сиприано де ла Сантисима Тринидад Мартир Патрисио Руис Пикассо пользовался всеми своими именами?


Пикассо рисует. Съемка через стекло... )


Плюс - мне прислали шикарную ссылку на подробную историю этой песни, изложенную Дмитрием Шварцем на liveinternet .

Узнать детали! )


toyahara_k: (Мы Dali дали)
Оно у каждого есть. Может, это, конечно боян, но уж больно смешной :) Страховое свидетельство обязательного пенсионного страхования, но всё же СНИЛС - это апофеоз политкорректности. И - дури

Я могу понять,
что человек может сменить имя и фамилию.

Более трудно, но возможно представить, как потенциальный пенсионер отрекается от старого мира от отца и меняет отчество на материнское. Становясь Владимиром Татьянычем.

Отдавая долг современных тенденциям, я представляю, что и пол тоже может куда-то провалиться.

НО КАК МОГУТ ИЗМЕНИТЬСЯ ДАТА И МЕСТО РОЖДЕНИЯ???


Апрель... Залезть в чулан - и плакать...

Бонус ностальгический :). Текст отбросил меня, ударил об стену и снёс остатки головы. Да... портрет работы Пабло Пикассо. Мне ещё в детстве эта песня казалась подозрительная. Ну да. "Вишни губ". "Стебли белых рук".. Лалала - и пенсионное удостоверение. Тоже СНИЛоСь..
toyahara_k: (Lion)
И не одно сокровище, быть может,
Минуя внуков, к правнукам уйдет;
И снова скальд чужую песню сложит
И, как свою, ее произнесет.
© О.Э.М.

Каково оно всё. И по три, и по четыре раза сложит...
-------------
Константин Симонов - Рассказ о спрятанном оружии
Им пятый день давали есть
Соленую треску.
Тюремный повар вырезал
Им лучшие куски -
На ужин, завтрак и обед
По жирному куску
Отборной, розовой, насквозь
Просоленной трески.
К чему всё это, Тояхара? )
toyahara_k: (Lion)
Если посмотрите левее, на самом первом снимке видеоролика, снятом во время восхода, то первое высокое здание слева от Бурж Халифа - это отель и апартаменты The Address. О котором я, паршивец, уже дсвно обещаю рассказать :)



toyahara_k: (Lion)
Давно было. Я даже забыл всю эту историю, но когда увидел тощий силуэт американца и его такую специфическую кепочку, то вспомнил. Мы это дело за чаем в институте весело обсуждали. Но оказалось - всё куда проще, чем тривиальная "красная агитка", но и печальнее.

Итак, усядьтесь поудобнее и слушайте. Вернее, для начала - смотрите фильм, с которого всё началось. А может, и не все - потому что все началось с нашего корреспондента, И копии газет (Гугл велик, чего там сейчас только не найдешь) И ссылки на статьи тех лет в "Нью-Йорк Таймс".

Но нет. Никак не могу решиться, что же делать :( Для начала лучше всё же почитайте, что и как случилось почти тридцать лет назад. А то и вовсе пятьдесят лет назад.

"Я сохраню в душе эту любовь до самой смерти".

Эта странная история произошла в последние годы Холодной войны: в апреле 1986 г. в центре внимания московских СМИ оказался житель Нью-Йорка Джозеф Маури - он стал главным героем полуторачасового документального фильма "Человек с Пятой авеню" о нью-йоркских бедняках, показанного по советскому телевидению. Бездомный и безработный, Маури стал зримым воплощением равнодушия капиталистической Америки к беднякам; в августе 1987 г. КГБ организовал для него полностью оплаченное месячное пропагандистское турне по советским городам, где он собирал подписи под петицией "в защиту простых американцев, изгнанных из своих домов". Тысячи россиян отправляли Маури деньги, а в Кремле его принял председатель Верховного Совета СССР Андрей Громыко, чья легендарная непроницаемость дала трещину при виде этого непритязательно одетого гостя в заношенной клетчатой рубахе.

В США предприимчивые репортеры (в том числе корреспонденты "Time") раскопали совершенно иные факты, связанные с его биографией: как выяснилось, Маури уже много лет работает в экспедиции "New York Times", и ему ни разу в жизни не довелось провести ночь без крыши над головой. На родине его встретили как ренегата, а вскоре и сам Маури, и Советский Союз отошли в прошлое. Лишь сейчас, в возрасте 72 лет (статья была опубликована в журнале Тайм десять лет назад - Тояхара), Маури решил публично объяснить, почему он с такой готовностью согласился стать орудием советской пропаганды. Он сделал это не за деньги, и не из ненависти к собственной стране. Причина была в желании вновь найти возлюбленную, которую он давно потерял. "Я ни о чем не жалею, - заявил он в интервью по телефону из своей квартиры на Манхэттене. - Я пожертвовал всем ради величайшей любви моей жизни. Я сохраню в душе эту любовь до самой смерти".
Эх, русская рулетка... )

Profile

toyahara_k: (Default)
toyahara_k

August 2014

S M T W T F S
      12
3456789
10111213141516
17181920212223
24252627282930
31      

Syndicate

RSS Atom

Page Summary

Style Credit

Expand Cut Tags

No cut tags
Page generated Sep. 24th, 2017 05:31 pm
Powered by Dreamwidth Studios